Library

160 >

     Шли недели, за ними месяцы. Но я не обращала на время совсем никакого
внимания. Клара,  Манфред и  я жили  вместе в  идеальной  гармонии.  Клара
перестала оскорблять  меня, а  может быть,  это я перестала обижаться. Все
время я  проводила в занятиях вспоминанием и кунг-фу с Кларой и Манфредом,
который при  своем весе в сотню фунтов был довольно серьезным противником.
Я неоднократно  убеждалась в  том, что  удар его  головы ничуть  не слабее
удара кулаком призера соревнований.

     Меня беспокоило  лишь одно  противоречие, которое  мне все  никак  не
удавалось разрешить.  Хотя Клара  и настаивала  на том,  что уровень  моей
энергии неуклонно  возрастает, о  чем можно  было судить,  в частности, по
тому, что  я теперь  могла разговаривать  с Манфредом,  я была  убеждена в
обратном: я медленно, но верно захожу в тупик.

     Всякий раз,  когда мы  с Манфредом  оставались одни,  мной овладевало
неописуемое чувство  расположения к нему. Я просто обожала его. Именно это
чувство слепой  любви послужило  мне мостом, по которому я могла временами
проникать в  его мысли  и настроения.  Я поняла,  что чувства  у  Манфреда
просты и  непосредственны, как  у  ребенка.  Он  мог  переживать  счастье,
тревогу, гордость  за какой-нибудь  свой поступок,  или страх, который мог
мгновенно перейти  в ярость.  Но больше  всего мне  нравились  в  нем  его
смелость и  способность к состраданию. Я чувствовала, что он действительно
сожалеет о  том, что  Клара похожа  на лягушку. В отношении своей смелости
Манфред был  уникален. Это была смелость развитого сознания, которое видит
свои ограничения.  Уже только это в Манфреде было совершенно непонятно для
меня. Но было очевидно, что никто не смог бы выносить одиночество так, как
он, не обладая этой непревзойденной смелостью.

     Однажды во  второй половине  дня, вернувшись  из  пещеры,  я  присела
отдохнуть в  тени сапотового  дерева. Манфред подошел, лег мне на колени и
тут же уснул. Слушал его мерное похрапывание и чувствуя его теплую тяжесть
у себя  на коленях, я тоже стала засыпать. Я, наверное, уснула, потому что
внезапно проснулась  и поняла,  что видела сон, в котором спорила со своей
матерью о  серебряных вещах.  Во  сне  я  настаивала  на  том,  что  после
ополаскивания их  не следует  сразу же  прятать  в  шкаф.  Проснувшись,  я
увидела, что  рядом стоит  м-р Абеляр  и смотрит на меня яростным холодным
взглядом.   Этот   взгляд,   его   поза,   аккуратность   его   одежды   и
сосредоточенность,  с   которой  он   на  меня   взирал,  создали  у  меня

Следующая

160 >